В этой галерее, помимо драгоценной посуды и итальянских пейзажей, вы можете увидеть, как Генрих IV играет с детьми в лошадку. Что это за дети? Будущий король Людовик XIII и его сестры. «Господин посол, вы отец? Тогда я доделаю круг».
Сюжет был популярен во Франции и Англии. Бонингтон, живший в то время в Париже, вдохновился работой Энгра 1817 года и создал свою версию для Парижского салона 1827 года. Позже работа была приобретена 4-м маркизом Хартфордом для его коллекции, ставшей основой Собрания Уоллеса.
Подобные сюжеты показывали Генриха — представителя вернувшейся к власти династии Бурбонов — как доброго короля, человечного и доброго отца. В зарождающуюся эпоху романтического отношения к семье и детям требовался не опасный диктатор, но человек живой, весёлый, противостоящий условностям. Роль отца важнее роли монарха, наследник-будущий король уже в седле, доспехи в углу, легитимизация через уют, королева — не опасная манипуляторша-интриганка, как будущая коварная Мария-Антуанетта, а на втором плане, в тени… какая многослойность! Мы хорошо знаем это по Ленину и детям, Сталину и детям, Путину и детям (живот мальчика Никиты)…
В 1820-е годы в моде был стиль «Трубадур» — камерные, детально прописанные исторические сцены. Исторический анекдот хорошо смотрелся в костюмированной мизансцене. На картине Бонингтона дети выглядят очень оживленными, а мазки — свободными. Это отражает британский взгляд на французскую историю: более эмоциональный и менее «застывший», чем у французских академистов.
Генрих больше не обладает магнетическим действием на искушенную публику. Пока я изучала эту занимательную работу, к ней не подошел ни один человек. Два французских пожирателя культуры находились совсем рядом, и добрый король Анри интересовал их значительно меньше, чем российские императорские селфи времен Наполеона. Шумная толпа, состоящая из двух представителей чёрной итальянской аристократии — видимо, важных меценатов — и хлопочущих служителей коллекции, была занята чем угодно, но не банальным Генрихом. Так что на лошадке пропаганды мы с вами покатались в полном одиночестве.
Всего коллекции есть 35 Бонингтонов, в том числе второй с той же парижской выставки, Франциск I со своей любимой сестрой Маргаритой. Согласно Гюго, король выцарапал алмазом на оконном стекле замка Шамбор знаменитую фразу о непостоянстве женщин: «Женщина часто меняется, безумен тот, кто ей верит». По Брантому фраза была короче: «Всякая женщина изменчива».
